Граф редко высказывался даже в тех случаях, когда дело касалось
важных принципов и убеждений, всосанных, так сказать, с молоком. Не допуская, например, возможности быть за обедом иначе, как во фраке и белом галстуке, даже когда оставался вдвоем с женою, — и находя это необходимым потому, что это… это всегда поддерживает — именно поддерживает… — но что поддерживает, — это граф никогда не досказывал.
Неточные совпадения
Нельзя думать, чтобы «Летописец» добровольно допустил такой
важный биографический пропуск в истории родного города; скорее должно предположить, что преемники Двоекурова с умыслом уничтожили его биографию, как представляющую свидетельство слишком явного либерализма и могущую послужить для исследователей нашей старины соблазнительным поводом к отыскиванию конституционализма даже там, где, в сущности, существует лишь
принцип свободного сечения.
Учреждение, которое более или менее хорошо соответствовало здравым идеям об устройстве быта, которое служило более или менее
важным подтверждением практичности их, — а ведь практических доказательств этого еще так мало, каждое из них еще так драгоценно, — это учреждение вы подвергали риску погибнуть, обратиться из доказательства практичности в свидетельство неприменимости, нелепости ваших убеждений, средством для опровержения идей, благотворных для человечества; вы подавали аргумент против святых ваших
принципов защитникам мрака и зла.
— Рассказывай подробности; да, верно, ты сама все обдумала и сумеешь приспособиться к обстоятельствам. Ты знаешь, тут
важнее всего
принцип, да характер, да уменье. Подробности определяются сами собою, по особенным условиям каждой обстановки.
Но порода Кабановых не понимает этого: они не дошли даже до того, чтобы представлять или защищать какой-нибудь
принцип вне себя, — они сами
принцип, и потому все, касающееся их, они признают абсолютно
важным.
Он начал мягко и держался постоянно джентльменски вежливых выражений; но насмешливая нота зазвучала, когда он стал доказывать магистранту, что тот пропустил самый
важный источник, не знал, откуда писатель, изученный им для диссертации, взял половину своих
принципов.
Потому-то и дороже для них отвлеченные воззрения, чем живые факты,
важнее общие
принципы, чем простая жизненная правда.
Но что всего
важнее: не только он сам унижение терпит, но видит, что и начальственный авторитет в самом своем
принципе с каждым днем все больше да больше умаляется. Того гляди, и в соседние трущобы слух пройдет, и там его на смех подымут!